Статью предоставили Марина и Игорь Петровы
сотрудники Куркийокского краеведческого музея.


Военнопленные в Финляндии 1941-1944.

Эйно ПИЭТОЛА.
Перевод с финского К. ГНЕТНЕВА


"СЕВЕР", № 12
Петрозаводск, 1990


По статистическим данным управления по делам военнопленных финскими воинскими подразделениями взято в плен общей сложностью 64 188 человек. Согласно договору о перемирии из них в Советский Союз было возвращено 44 453 военнопленных или интернированных. По статистическим данным получается, что из всей массы пленных в наших лагерях погибло 29,1 процента. Это одна из самых высоких цифр в мире.

Лагеря для военнопленных заполняются по мере продвижения армии вперед.


Подготовка к развязыванию военных действий против Советского Союза в политических кругах нашей страны и эшелонах армии шла уже с весны 1941 года. В народе думали, что это поправит пошатнувшееся в результате зимней кампании экономическое положение, ждали и, возможно, даже мечтали о войне между Германией и СССР. Финляндия не хотела оставаться посторонним наблюдателем, поэтому на ее территорию уже прибывали немецкие военные подразделения, которые располагались на отрезках дорог севернее от Оулуйоки, вплоть до Петсамо (Печенги). Война стояла на пороге.
Девятого июня 1941 года в Финляндии прошла мобилизация резервного состава в войска прикрытия. Спустя некоторое время настала очередь и собственно армейской пехоты. Мобилизация проходила 17 июня 1941 года. Собранные подразделения расположили вдоль восточной границы. 3-й армейский корпус Финляндии, который действовал севернее Оулуйоки, попал под командование немцев. Этот корпус вместе с норвежской армией, также находящейся под командованием немцев, получил четкую наступательную задачу 10 июня. Финнам надлежало продвинуться от Ухты до Кеми на Белом море и перерезать тем самым Мурманскую железную дорогу. Немецкая дивизия СС "Норд" вместе с тремя другими немецкими дивизиями, передислоцированными в северную Финляндию, должна была через Салла ударить по стоящей на берегу Белого моря Кандалакше и через Печенгу выйти на Мурманск. Приказ о наступлении был подписан командиром норвежской армии Германии генералом Н. фон Фалькенхорстом 10 июня 1941 года.
3-й финляндский армейский корпус под командованием генерал-майора X. Сииласвуо пересек восточную государственную границу в час ночи накануне первого июля. Начало военных действий Финляндии против Советского Союза совпало с наступательным ударом и финских войск. Оказавшиеся в авангарде финских войск роты I батальона 53 пехотного полка захватили Кимасозеро и прилегающие к Суванто беломорские карельские деревушки к вечеру того же дня, не сделав ни единого выстрела. Неожиданность была полнейшая. А вот наступление немцев, развернувшееся на направлениях Салла и Печенга, уже очень скоро от границы затормозилось передовой обороной русских.
В штабе тыловых частей планы по переброске военнопленных в различные районы были готовы еще до того, как начались непосредственные бои на финляндских фронтах. Начальник штаба тыловых частей полковник А. Е. Мартола отправил 28 июня 1941 года приказ для штабов шюцкоровских подразделений об экстренном формировании лагерей для военнопленных в следующих местностях;

Лагерь для военнопленных

№ 5Хейнйоки, волости Ортиматтилана 300 чел.
№ 6Ванхала, волости Туусулана 200 чел.
№ 7Карккилана 150 чел.
№ 15Перясейняйокина 150 чел.
№ 20Пааволана 400 чел.
№ 21Лиминкана 1000 чел.

Согласно приказу, лагеря должны были быть полностью укомплектованы уже ко 2 июля. В приказе говорилось также и об обеспечении лагерей для военнопленных, конкретные указания по которым ставка даст позднее.
В приказе от 29 июня под номером 106, отданном оргот делом ставки, были даны детальные указания по поводу того, как с военнопленными следует обращаться. В приказе упоминались уже готовые лагеря для военнопленных и железнодорожные станции для подъезда к ним. Это были следующие лагеря:

Лагерь для
военнопленных
ближайшая жел./дор.
станция
в КёулиёПейпохья
в КарвиаПаркано
в ХуйттисетХуйттинен
в Пелсоостановка Нуоюа

28-й военный госпиталь также был приготовлен для приема военнопленных.
В циркуляре предписывалось также, что штаб тыловых частей обязан заботиться о формировании и обеспечении лагерей и организационных пунктов по приему пленных, а также их охране и перемещению.
В документах не удалось обнаружить никаких отдельных приказов ставки относительно обеспечения военнопленных.
Полковник Мартола упоминает в своем циркуляре от 28 июня 1941 года о том, что штаб тыловых частей обязали заботиться об обеспечении военнопленных. Это было ничем иным, как четким и однозначным приказом, вернее, распоряжением. Этот приказ, подписанный начальником организационно-мобилизационного отдела полковником Е. Мякиненом, содержал в себе также задачи шюцкоровской организации на случай военных действий. К ним относились охрана и надзор за военнопленными. Местным шюцкоровским организациям предоставлялось право оставлять определенные штаты для снабжения. На основании этого начальниками над лагерями для военнопленных всегда оказывались офицеры по снабжению, подчинявшиеся штабу тыловых частей.
Во всяком случае при распределении пайков военнопленным выявлялась путаница, которая имела место в течение 1941-го и зимы 1942 года. Приказ о правилах обращения с военнопленными, подписанный начальником орготдела ставки полковником С. Исаксоном, не соблюдался в отношении снабжения. Пленным, использовавшимся на тяжелой работе, дополнительного пайка не выдавали, а заболевшие не получали квалифицированной медицинской помощи. Болезни и высокая смертность среди военнопленных полностью подтвердились.
В распределении пайков начальник штаба тыловых войск полковник Мартола особое место отвел, например, пленным офицерам и представителям национальных меньшинств, а также группам, близким к финнам как родственным народам. Таким образом, подавляющее большинство пленных, не подходящее под эти мерки, то есть не относящееся к северным народностям или являющееся чисто русскими или просто коммунистами, вынуждено было заниматься и тяжелым трудом при гораздо более слабом питании, нежели питались привилегированные военнопленные.
Указания по перегруппировке пленных были даны в циркуляре орготдела ставки от 29 июня 1941 года. В 4 пункте приказа говорится следующее:
"...На возможно более раннем этапе военнопленные должны быть разбиты на обособленные друг от друга (изолированные) группы:
1. офицеры и к ним приравненные, кроме подходящих под пункт 2;
2. политическое руководство, независимо от звания и положения;
3. младший комсостав и к нему приравненные;
4. рядовой состав и к нему приравненные;
5. рядовой и комсостав из числа национальных меньшинств, сочувствующий Финляндии".
Перегруппировка советских военнопленных, проводившаяся в Финляндии, представляла собой далеко зашедший расизм. Он взращивался с ведома штаба тыловых войск, начиная со специальных лагерей, в одних из которых содержались только узники политического уклона, а в других - люди, сочувствующие Финляндии или относящиеся к немногочисленным нациям. Условия жизни в таких лагерях были совершенно разными. Об этом "заботились" лагерное начальство и штат снабженцев. Политзаключенный должен был обходиться минимальным продуктовым пайком, тогда как "соплеменные" заключенные получали больше и у них имелся вообще целый ряд льгот в лагерном режиме.
При формировании лагерей для военнопленных придерживались заранее разработанного порядка. Согласно подписанному полковником А. Е. Мартола 30 июня 1941 года приказу, на территории лахтинской организации шюцкора в местечке Настола открылся организационный лагерь № 1 на две тысячи военнопленных. Его начальником штаб тыловых частей назначил подполковника К. Бьёрклунда.
Второй такой же лагерь сформировали в Пиексямяки на территории сайменской организации шюцкора. Начальником лагеря назначили полковника X. Кальма. Принять пленных сразу этот лагерь не смог, поскольку не имел бараков. Полковнику Кальму пришлось обратиться в штаб тыловых частей за чертежами бараков. Строительного материала, конечно, хватало, ведь рядом, в Сиили, находилась пилорама. Эти два лагеря были подготовлены для приема и более многочисленных партий военнопленных, поступавших с фронта, а также для их отправки в стационарные лагеря или в лазарет для военнопленных в Коккола.
Оба организационных лагеря просуществовали весь период военных действий Финляндии против Советского Союза. Через них прошли десятки тысяч военнопленных Советских военнопленных, располагавшихся в лагерях в рамках договора о перемирии, бывало одновременно множество. К примеру, в орглагере в Настола количество доходило до 8019 человек, в Пиексямяки - до 7556 человек. Если учесть, что лагеря эти были рассчитаны только на две тысячи человек, то можно себе представить царившую там давку.
Возникла необходимость открытия новых лагерей, так как большое количество пленных буквально заполонило уже имевшиеся. Быстрое продвижение армии вперед привело к тому, что в окружении оказывались достаточно крупные подразделения врага, и поток пленных увеличивался, обгоняя предварительные прогнозы. Штаб тыловых частей объявил о готовности к приему где-то 24 тысяч военнопленных, которые должны были расположиться в следующих лагерях:

№ 1 Кёулиё500 человек
№ 2 Карвиа700-3000
№ 3 Хуйттинен2500-4000
№ 4 Пелсо2000
№ 5 Ориматтила300
№ 6 Туусула200
№ 7 Карккила150
№ 8 Колосйоки1500
№ 9 Коми (волость Айоссаари)5000
№ 14 Исокюро400
№ 15 Перясейняйоки300
№ 17 Рауталампи700
№ 18 Кяльвия200
№ 19 Киурувеси400
№ 20 Паавола400
№ 21 Лиминка1000
Организационныйлагерь
№ 1 Настола 2000
№ 2 Пиексямяки2000

Согласно инструкции, штаб тыловых частей должен был дать приведенные выше сведения о лагерях для военнопленных и Красному Кресту Финляндии.
После того как недостающими лагерями стали запасные тюрьмы, о готовности к приему пленных было доложено Красному Кресту Финляндии. Это произошло 30 июня 1941 года. О готовности орглагеря № 1 в Настола Красному Кресту доложили в это же время. О готовности самого крупного в Финляндии лагеря в Кеми, волости Айоссаари, на 5000 человек сообщили Красному Кресту 3 июля.
Из этих сообщений становится очевидным, что военные приготовления были начаты гораздо раньше, чем начались сами военные действия.
Документы, тем не менее, не проливают света на то, как собирались наступавшие по территории Финляндии немецкие дивизии и вся немецко-норвежская армия поступать с военнопленными на контролируемых ими площадях. У немцев на территории Финляндии были свои лагеря для военнопленных, куда поступала "добыча" и с других германских фронтов. Морские перевозки людей происходили через финские порты, откуда советские военнопленные поступали, например, на строительно-ремонтные работы железной дороги Хюрюнсалми - Тайвалкоски. Судя по документам, бывали такие случаи, что сумевшие сбежать из немецких трудовых лагерей узники сдавались финским поисковым группам в надежде оказаться теперь уже в лагере у финнов. Но так все-таки не происходило: пойманные военнопленные всегда возвращались обратно немцам, а там этих наивных беглецов в качестве наказания ожидала казнь.
Главные силы финнов перешли в генеральное наступление 10 июля 1941 года, захватив приладожскую Карелию и придвинувшись затем к Олонцу, Онежскому озеру и Свири, а на северном направлении - к районным центрам Повенцу и Медвежьегорску.
Во время этой наступательной операции воинские подразделения 2-го армейского корпуса 31 июля начали наступление в восточном районе Перешейка между Вуоксой и Ладогой. Наступление быстро нарастало. 22 августа к нему примкнули части 4-го армейского корпуса. Это произошло на участке между Вуоксой и Выборгским заливом. На западном Перешейке финнам удалось окружить крупные подразделения противника и поэтому поток пленных резко возрос. "Котел" в районе Порлампи дал более трех тысяч военнопленных, совместное наступление финских корпусов на побережье Перешейка - 1200 военнопленных, а "котел" у Инонниеми - 1500 военнопленных.
Наступление на Перешейке приостановилось недалеко от южной границы старой республики, на территории Северной Ингерманландии, вблизи Ленинграда. Войска окопались и простояли так до лета 1944 года, когда мощный контрудар русских вихрем пронесся через весь Перешеек, теперь уже в другую сторону.
В восточной Карелии финны продолжали медленно продвигаться к Медвежьегорску. В ноябре, раньше обычного, ударили морозы и сковали реки и озера. В День независимости Финляндии президенту Ристо Рюти все же удалось объявить, что Медвежьегорск в конце концов захвачен. Это случилось 6 декабря 1941 года. Медвежьегорская операция дала финнам 2800 военнопленных, а Олонецкая - где-то 1200.
Пропускная способность финских лагерей для военнопленных была превышена, и это вызывало опасения. Военнопленных досталось больше, чем планировали. Нужда в новых лагерях была огромной. Уже имевшиеся лагеря претерпевали реконструкцию, при них организовали лагеря-филиалы и трудовые точки. Известий о скором конце войны никаких не было, что в свою очередь лишало угодивших в плен мужчин всяких надежд на счастливое завершение их мучений.
В августе военнопленные поступали в лагеря следующим образом:
2.8.1941По всем лагерям одновременно1459 чел
9.8.19413047
16.8.19414714
23.8.19417995
23.8.1941В военные лазареты486

К концу августа 1941 года пленными были забиты уже 18 лагерей по всей стране, а крупные их партии были еще на подходе, потому как наступательные бои на Перешейке завершились лишь 9 сентября. Началась окопная война. Военнопленных добывали теперь случайно, целые недели проходили порой без их поимки. Это превратилось в опасное занятие не только для фронтовиков, но и для подчинявшихся ставке разведчиков.
Поимка пленных не сводилась теперь только к пополнению рабочей силы для страны. Пленные нужны были для получения важной секретной информации, которая вырывалась у них любым путем. Солдаты, захватившие "языка", поощрялись, например, дополнительным отпуском домой, Охотников на это дело оказывалось хоть отбавляй. В разведке при штабах знатоки русского языка и поддавшиеся военной пропаганде военнопленные призывали через линию фронта своих же сотоварищей сдаваться в плен, соблазняя их чем-нибудь по громкоговорителю. Так что некоторые пленные доставались и таким путем.



Часть 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10


наверх
Собираетесь в Петербург - сауны Петербурга. Сауны бани Москвы фото видео цены.