Правовая и культурная адаптация немецких колонистов
в Петербургской губернии в пореформенное время


© Т.А. Шрадер

Из книги "Петербург и губерния". Изд. "Наука". 1989.


      Национальная политика русского правительства в пореформенной России - большая и еще мало раскрытая тема в истории русского государства XIX в. Поэтому рассматриваемый мною вопрос о поселянах-собственниках (бывших немецких колонистах) представляется лишь незначительной частью этой проблемы. Тем не менее он важен для поэтапного раскрытия жизни многонациональной России во второй половине XIX в. В России в XVII-XIX вв. проживало большое число выходцев из Германии, принадлежавших к различным сословиям. Значительной частью немецкого населения были крестьяне, поселившиеся на землях России в конце XVIII в.

      Вопрос о немецких колонистах нельзя рассматривать в отрыве от общей политики царского правительства по крестьянскому и национальному вопросам. Но эта тема требует серьезного анализа большого документального материала. Цель же данного исследования - рассмотреть вопрос о российских подданных немецкого происхождения, проживавших в Петербургской губ.; период исследования в основном охватывает вторую половину XIX и начало XX в.

      В статье использованы фонды ЦГИА СССР и ЛГИА (в общей сложности 14 фондов), материалы ПСЗ, русская и немецкая литература, газеты, в которых рассматривается вопрос о немецких колонистах. Необходимо указать на книгу Ф. Шиллера, опубликованную в 1927 г. в Покровске издательством Автономной ССР Немцев Поволжья. Книга выпущена тиражом в 1000 экз. и представляет собой справочник литературы о немецких колонистах на немецком и русском языках, выпущенной до 1927 г.

      После издания Екатериной II в 1762 г. Манифеста "О позволении иностранцам выходить и селиться в России и о свободном возвращении в свое отечество русских людей, бежавших за границу" и в 1763 г. - "Манифеста о дозволении всем иностранцам, в Россию выезжающим, поселяться, в которых губерниях они пожелают, и дарованных им правам", в Россию начали переселяться жители различных областей Германии. Основными причинами массового переселения немецких крестьян можно считать малоземелье на родине, высокие подати и налоги, воинскую повинность, притеснения со стороны местных властей, войны, голод, в ряде случаев гонения за веру. В соответствии с манифестом Екатерины II переселенцы в России получали казенные земли бесплатно, значительные привилегии, в том числе свободу от воинской повинности, освобождение от высоких податей, сохранение уклада жизни и свободу вероисповедания. В России немецким переселенцам предоставлялись пустующие плодородные земли в Тобольской, Астраханской, Оренбургской, Белгородской и других губерниях при условии принятия ими русского подданства.

      С середины XIX в. была начата разработка закона об отмене крепостного права и параллельно с этим пересматривался закон о немецких колонистах. Правительство признало необходимым пересмотреть Устав о колонистах, и в 1850 г. при Министерстве государственных имуществ была создана особая комиссия. Работала эта комиссия с перерывами. Только в 1867 г. была образована дополнительно еще одна комиссия, в состав которой входили члены Министерства государственных имуществ, Министерства юстиции и Министерства внутренних дел. Эта комиссия выработала ряд документов, в частности "Положение об общественном устройстве колонистов", "Правила о преобразовании общественного у них управления и передаче в ведение общих российских учреждений", "Положение о поземельном устройстве поселян". Комиссия закончила работу в июле 1870 г., а в июне 1871 г. Государственный совет принял "Правила об устройстве поселян собственников, водворенных на казенных землях в губерниях". В соответствии со статьей 13 "Правил" иностранные поселяне-собственники в шестимесячный срок передавались в ведение общих губернских, уездных и местных по крестьянским делам учреждений. Затем представители Министерства государственных имуществ в трехлетний срок выдавали бывшим колонистам акты на предоставленные им в надел земли, которые назывались владенными записями. Полученными землями поселяне могли распоряжаться по своему усмотрению - сдавать в аренду или продавать. Наследование землей определялось также колонистами, и, как правило, немцы пользовались майоратным правом наследования. Поселяне должны были выплачивать государственные подати, а также нести как земские, так и другие денежные и натуральные повинности. Кроме того, они облагались сбором на содержание местных по крестьянским делам учреждений и общественными сборами на содержание особых колонистских управлений, училищ и духовенства.

      Вводя новое законодательство специально для немецких колонистов, правительство стремилось уравнять права немецких поселенцев с правами русских крестьян. В дореформенной России немецкие крестьяне благодаря своим привилегиям очень быстро стали обладателями значительных капиталов. Русские же крестьяне в пореформенной России делали первые шаги по пути капиталистических отношений.

      "Правила" 1871 г. касались всех немецких поселян-собственников. В статье рассматривается, как эти "Правила" претворялись в жизнь в немецких колониях Петербургской губ. во второй половине XIX в.

      Первыми переселенцами в Петербургскую губ. в 1766 г. были крестьяне из Гессена, Вюртембурга, Бранденбурга.5 Всего под Петербургом разместилось 110 семей, которые основали 3 колонии. 60 семей поселились на правом берегу Невы, напротив Рыбной слободы (в настоящее время Рыбацкое), заняв земли площадью в 2100 десятин.6 а самая большая колония Петербургской губ. получила название Ново-Саратовская. Вторая по величине колония состояла из 28 семей, располагалась она в верхнем течении р. Ижоры и получила название Ижорская, или Колпинская. Следующая по величине состояла из 22 семей, находилась в 12 верстах от города на пути в Царское Село и называлась Средняя Рогатка.

      Колонисты в Петербургской губ., как и во всей России, освобождались от податей, а в тех местах, где сосредоточивалось большое количество семей, освобождались от налогов в течение 30 лет. Поселенцам выдавалась из государственной казны ссуда на строительство дома, покупку скота и инвентаря с выплатой в течение 10 лет без процентов равными частями. Немецкие колонисты находились в ведении Канцелярии Опекунства иностранных колонистов. В период царствования Павла I при Сенате была создана Экспедиция государственного хозяйства, опекунства иностранных и сельского домоводства, в задачу которой входила, в частности, опека иностранцев, поселившихся в империи. В XIX в. немецкие колонисты входили в ведомство Министерства государственных имуществ. Во время правления Александра I условия жизни колонистов мало изменились. Вновь прибывшие в Россию семьи получили в районе Ораниенбаума 2000 десятин, а также значительные площади в поселке Извара и под Ямбургом. Но из-за сложности занятия хлебопашеством в последних двух районах несколько семей переехало в 1811 г. под Павловск и в район Стрельны на постоянное жительство, 11 семей получили земли около почтовой станции Кипень, а в 1812 г. между Ораниенбаумом и Петергофом 4 немецкие семьи создали Ораниенбаумскую колонию. Значительное число семей из Извары и из-под Ямбурга переехало в южные районы России. После окончания Отечественной войны 1812 г. отмечался большой поток немецких переселенцев из Германии в южные губернии России, под Петербургом же количество переселенцев было незначительным. В 1817 г. была создана небольшая колония около Павловского парка под названием Этюп. Около Царского Села ткач Кемпер обосновал небольшую колонию под названием Фридентальская, жители которой ткали шелковые ленты для царского двора.

      Итак, к 20-м годам XIX в. в Петербургской губ. образовалось 10 колоний немецких крестьян. Жили они по единым правилам, которые были приняты в 1803 г. под названием "Инструкция для внутреннего распорядка и управление в Санкт-Петербургских колониях". В ней очень четко регламентировался порядок и жизненный уклад в колониях. В то время у немецких крестьян был высокий уровень земледелия: использовали трехпольную систему обработки земли, переходили к 6-7-польной, выращивали озимые и яровые хлеба, картофель, знали основы ветеринарии. В зимний период все жители колоний занимались рукоделием и ремеслом. Немцы вели обособленный от русского населения образ жизни, между собой говорили исключительно на немецком языке.

      К середине XIX в., по данным 9-й ревизии 1856 г., число колонистов-домохозяев в Петербургской губ. составляло 1744 (6 % всех немцев-колонистов России, которых насчитывалось в то время 28 тыс.).10 В Петербургской губ. немцы составляли меньшинство по сравнению с крестьянами других национальностей. Так, например, согласно статистическим данным 1866 г. по Петергофскому уезду, в 372 деревнях проживало 18 100 душ мужского пола, в 6 немецких колониях того же уезда насчитывалось их 387. На долю немецких колонистов в Петербургской губ. приходилось около 0.2 % пахотных земель, ибо в 1893 г. из общей площади 3 644 649 десятин обработанных земель немецкие колонисты владели 7115 десятинами.1

      Благоприятные природные условия, льготы, которые русское правительство предоставляло переселенцам из Германии, трудолюбие и хорошая организация сельскохозяйственных работ способствовали экономическому процветанию колоний. Подрастало новое поколение, и, конечно, земель, на которых обосновались предки, стало недостаточно. Младшие сыновья не могли наследовать землю отца и были вынуждены основывать новые колонии. Колонисты были уже настолько состоятельны, что имели возможность покупать земли в окрестностях Петербурга. В основном это были выходцы из старых колоний - Ново-Саратовской и Средней Рогатки. Так, в 30-е годы XIX в. они купили у графа Воронцова более 100 десятин земли в районе между с. Муриным и Лесным и создали колонию Гражданка. В 1834 г. около Петергофа основана колония Александровская из 8 домов. В 50-60-е годы число дочерних колоний росло быстро: Приютино (1856), Янино (1863), Каменка (1865), Фарфоровая (1865), Новое Парголово (1868), Маленькая колония рядом со старой Средней Рогаткой (1872), Ново-Александровская (1872), Веселая колония около суконной фабрики Торнтона (1880), в Мурине (1889), Широ-кие места (1895), Волкове около Каменки (1892 или 1900).

      Подтверждением расселения сыновей колонистов может служить завещание Адама Штро (Ново-Саратовская колония) от 12 сентября 1874 г., в котором он отдает распоряжения в отношении каждого наследника. У Адама Штро было 4 сына, 2 незамужние дочери и несколько замужних дочерей, которых он в завещание не включил, так как уже дал им приданое. Старший сын Федор, больной человек, должен был жить у одного из братьев, получая 1 рубль в месяц, готовое платье и питание. Яков получил 15 десятин 937 кв. сажен земли, купленной в 1856 г. старшим братом в Уткиной Заводи. Андрей получал надел в Ново-Саратовской колонии под № 30 со всеми строениями и службами, Карл - землю площадью 14 десятин со всем имуществом в с. Александровском, приобретенную Адамом Штро у графини фон дер Шуленбург в 1863 г.

      Немецкие крестьяне, купив землю в другом уезде, пытались закрепить за собой право владения землей в старой колонии. В конце 60-х годов к Ново-Саратовской колонии было приписано 748 душ, реально же там проживало 552 человека, остальные распределялись следующим образом: 68 колонистов имели свои усадьбы в Санкт-Петербургском уезде, 98 - в Шлиссельбургском, 12 - около Фарфоровского завода, 18 - около Парголова. В 1874 г. началась переписка между группой немецких колонистов, имевших владения в других уездах, но причисленных к Ново-Саратовской колонии, с рядом правительственных учреждений: с Санкт-Петербургским по крестьянским делам присутствием, с Министерством внутренних дел, с Главным комитетом по устройству сельского состояния. Эта группа (Христиан Вализер, Себастьан Рейх, Якоб Роб) требовала оставить за ней право на владение землей в Ново-Саратовской колонии. Переписка продолжалась 5 лет. Правительственные инстанции отказали в их просьбе.

      Примером взаимоотношений немецких колонистов с соседними крестьянами из Рыбной слободы может служить тяжба, длившаяся с 1860 по 1869 г. Суть дела состояла в том, что в 1769 г. при поселении 60 семей немецких крестьян на правом берегу Невы, на так называемой Выборгской стороне, напротив Рыбной слободы, им было отдано несколько более 2100 десятин, включая прибрежную полосу, которая ранее принадлежала крестьянам Рыбной слободы. Взамен русские крестьяне получили в вечное пользование 12 рыбных тонь, 7 из которых примыкали к берегу немецкой колонии. До 1859 г. немецкие колонисты беспрепятственно проходили по этим тоням, перевозили на барках удобрения из Петербурга и останавливались у специально построенных спусков на высоком берегу Невы для поднятия их на берег. С 1859 г. крестьяне Рыбной слободы начали активно пользоваться тонями и за плату давали возможность стоять проходившим по Неве плотам с лесом, что вызывало недовольство колонистов, так как плоты мешали подходу к берегу. Колонисты подали иск в суд с требованием запретить остановку плотов. Крестьяне Рыбной слободы подали встречный иск, в котором обвиняли колонистов в том, что при перевозке удобрения распространялось зловоние и загрязнялись принадлежавшие им тони, где гибла рыба. В результате долгой тяжбы Санкт-Петербургской губернской чертежной был составлен чертеж берегового пространства с показаниями тонь русских крестьян, а немецким крестьянам было предписано перенести спуски к тем участкам принадлежащего им берега, где не было тонь.

      Пользуясь правом распоряжаться данной им землей по своему усмотрению, крестьяне Ново-Саратовской колонии вплоть до 1896 г. сдавали в аренду участок размером 25 десятин владелице соседнего кирпичного завода г-же Стукёй. В последний год аренды на сельском сходе колонии (90 поселян) было решено продать владелице этот участок по 1050 руб. за десятину, т. е. за 26 250 руб. Земля была плохого качества, поэтому цена считалась выгодной, а вырученные деньги было решено внести в Губернское казначейство в уплату выкупных платежей за землю. Но поскольку по закону от 14 декабря 1893 г. продажная цена за десятину не должна была превышать 300 руб., в Санкт-Петербургском присутствии по административному делению было решено передать дело на рассмотрение Министерства внутренних дел. По распоряжению министерства было установлено, что колонисты должны были выплатить за 20-летний срок 143 723 р. 20 к., а на 1896 г. было выплачено лишь 130 185 р. 49 к., и решение министерства было положительным, но только с условием, чтобы полученная сумма была выплачена в счет долга. Получив такой ответ, на сходе поселян в 1897 г. было решено, что выгоднее было сдавать владелице кирпичного завода в аренду по 145 руб. за десятину сроком на 24 года, а по истечении этого срока использовать эту землю под выгон скота.

      Немецкие колонисты, накопив значительное состояние, могли, согласно указам от ноября 1863 г. и февраля 1877 г., выкупать земли, полученные ранее от государства. Выкуп проходил по согласованию с Удельным ведомством и по утверждению министра императорского двора.18 Цена на землю, расположенную от Петербурга ближе 25 верст, была 50 руб. серебром за десятину, на расстоянии более 25 верст - 41 рубль серебром.

      В 1867 г. крестьяне из Ново-Саратовской колонии Севастьян Бич, Яков Штро, Петр Шефер и Андрей Штро выкупили свои наделы размером 17 десятин по 879 руб. за участок.

      В пореформенной России русское крестьянство стало составлять конкуренцию немецким крестьянам, вывозя продукты земледелия на обширный рынок российской столицы. Подтверждением этого является прошение, с которым 50 поселян Верхне- и Нижне-Ижорской колоний Царскосельского уезда в 1882 г. обратились на имя министра внутренних дел. Они решили выкупить в личную собственность земли этой колонии. Удельное ведомство установило цену в размере 52 735 р. 30 к. за десятину с выплатой в течение 30 лет с 5 % годовых. Но эта сумма, как указывали колонисты в послании, ссылаясь на тяжелое экономическое состояние семей, была для них высокой. И далее они писали, что после открытия железной дороги между Петербургом и Царским Селом "бывшие ямщики обратились к земле-делию и обрабатывают поля. Где прежде были пустоши, где прежде сбывались только наши земледельческие продукты и куда исключительно шло все удобрение из Павловска и Царского Села, там ныне все изменилось к нашей невыгоде".

      Немецким поселянам предоставлялись большие свободы выбора сословного состояния. В Законах о состояниях IX тома Свода законов по официальному изданию 1876 г. поселяне в течение десяти лет могли записываться в другие состояния (сословия), оставаясь по желанию в прежнем сословии, при условии, что будут нести по обоим состояниям все повинности и окладные сборы. Подтверждением этому может служить факт перехода поселян Ново-Саратовской колонии Эйкстеров в колпинское мещанство. На сельском сходе при участии волостного заслушали письменное заявление Ивана Иванова и Ивана Христианова Эйкстеров, которые (первый - с женой и детьми, второй - с матерью) просили выдать им увольнительное свидетельство. Оба просителя имели по "владенной" записи подворья и продавали их со всем земельным наделом поселянину той же колонии Якову Яковлеву Керну в вечное пользование за 4 тысячи серебром.

      По "Правилам" 1871 г. немецкие поселяне имели право до 1881 г. выезжать из России без уплаты в русскую казну части нажитого им капитала. Это право было продлено до 1888 г.

      И, наконец, о привилегии немецких колонистов в отношении воинской повинности, которую они получили со времен поселения на российских землях. В "Правилах" 1871 г. указано, что в течение 10 лет это положение сохраняется в силе до издания общего закона о воинской повинности. А уже в Законах о состоянии 1876 г., в разделе "Особые правила о сельских обывателях", в примечании к § 750, читаем, что если кто из поселян пожелает выехать из России, то должен заявить о своем намерении до 1 сентября того года, в котором подлежит призыву в армию. Если же это намерение не осуществлено и не объявлено об этом в Присутствии о воинской повинности, то поселянин привлекается к набору в солдаты как уклонившийся и подвергается повинности без жребия. Вероятно, это примечание внесено во избежание злоупотреблений при рекрутском наборе среди поселян призывного возраста.

      Итак, можно сказать, что русское правительство, уравнивая в правах немецких колонистов с крестьянами других национальностей пореформенной России, в целом не ущемляло их политического и экономического положения, давало им возможность постепенно привыкнуть к новым порядкам. Но несмотря на то, что права крестьян Петербургской губ. были уравнены, в статистических данных по уездам немецкие колонисты выделялись в особую группу (в связи с их отличным от русских крестьян экономическим положением, специфическим укладом жизни, а также тем, что немецкие крестьяне, как правило, в общении использовали немецкий язык). Так, например, в ведомостях от 1904- 1905 гг. о населении Шлиссельбургского уезда указано, что крестьян там - 46 009, колонистов - 525 душ; в Ямбургском уезде крестьян - 84028, колонистов- 1205 душ;25 в Парголовской волости в 1904- 1905 гг. проживало из сельских сословий крестьян - 4236, колонистов - 387 душ; в Муринской волости крестьян - 2102, колонистов - 385 душ.

      Исследования правового положения немецких поселян-колонистов Петербургской губ. помогают понять процесс врастания этой немногочисленной этнической группы в многонациональное Российское государство.





наверх
Трубы нкт оптом и в розницу. Трубы НКТ предназначены для эксплуатации нефтяных и газовых скважин.