Статью предоставили Марина и Игорь Петровы
сотрудники Куркийокского краеведческого музея.


История Корельской (Кексгольмской) епархии.

А. П. Дмитриев.
“Вуокса”. Приозерский краеведческий альманах.
Приозерск. 2000 г.



КЕКСГОЛЬМСКАЯ И ЛАДОЖСКАЯ ЕПАРХИЯ (1758—1764)
Новый этап в бытии новгородского викариатства
Епископ Иоасаф (Хотунцевский; 1758—1759)
Епископ Парфений (Сопковский; 1759—1761)
Святитель Тихон (Соколов; 1761—1763)
Епископ Иннокентий (Нечаев; 28 февраля — 28 мая 1763 г.)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


КЕКСГОЛЬМСКАЯ И ЛАДОЖСКАЯ ЕПАРХИЯ (1758—1764)

Новый этап в бытии новгородского викариатства

В царствование Елизаветы Петровны значительно улучшилось положение православия на прибалтийских окраинах страны, в том числе и на Карельском перешейке. Императрица много помогала восстанавливавшимся Валаамскому и Конев-скому монастырям. Так, на первую из названных обителей она пожертвовала в общей сложности 8 тысяч рублей серебром 220. Многие подданные следовали благому примеру своей правительницы, возрождая церкви и монастыри на отвоеванных у Швеции территориях.
Таких присоединенных земель стало значительно больше после окончания русско-шведской войны 1741—1743 гг. По Абоскому мирному договору, подписанному 18 августа 1743 г., России досталась немалая часть Финляндии — вплоть до реки Кюммене. Новый край с тремя городами: Фридрихсгамом (Хамина), Вильманстрандом (Лаппеенранта), Нейшлотом (Савонлинна) — и множеством деревень назвали Кюменегорской провинцией. В ее состав вошел также и Кексгольм с окрестностями.
В то же самое время, 1 сентября 1742 г., в границах Синодальной области была, наконец, учреждена Санкт-Петербургская и Шлиссельбургская епархия со своим архиереем, епископом Никодимом (Сребницким). Поэтому церковная область, традиционно бывшая в ведении Корельской и Ладожской епархии, видоизменилась, включив значительные территории к северо-западу. (Либелицкий Николаевский приход, находившийся еще в шведских владениях, был приписан к Выборгскому “заказу” С.-Петербургской епархии 221.)
В присоединенном крае проживало немало православных обывателей (главным образом это были купцы и крестьяне), еще больше их стало с приходом русских войск и притоком сюда мещан-торговцев и сельского населения внутренних губерний России. Судя по всему, это и сыграло свою роль при очередном возобновлении новгородского викариатства после перерыва в пятнадцать с половиной лет. В 1710 г. Петр I, заняв Кексгольм, из пристрастия к немецким топонимам не стал восстанавливать древнерусское имя города — Корела. Поэтому название епархии к середине XVIII в. выглядело каким-то анахронизмом. Так что при назначении очередного архиерея в помощь новгородскому владыке в апреле 1758 г. викариатство стало официально именоваться Кексгольмским и Ладожским.
Успехи православного просвещения здесь были столь значительны, что возникло даже, — правда, не слишком массовое — движение: финны-лютеране присоединялись к Греко-кафолической Церкви (через миропомазание, а не новое крещение). Росла численность приходов и за счет смешанных браков: детей, как правило, крестили в православную веру 222. Известно, что вскоре, “уже при государыне императрице Екатерине II-й, финские бургомистры Выборгской губернии писали свои донесения по-русски; еще позднее с русским языком можно было пускаться в путешествие по Финляндии до самой шведской границы” 223.
Еще более показательна такая статистика: к концу XVIII в. всё православное население Финляндии было разделено на 16 приходов, причем до завоевания края существовали только 6 из них, в том числе Кексгольмский. В XVIII в. он насчитывал около тысячи человек, общее же число православных во всех 16 приходах достигало 25 тысяч человек, не считая военных 224.
В самом епархиальном центре Кексгольме было в XVIII в. по меньшей мере три или даже четыре православных храма. Помимо упоминавшегося каменного собора Рождества Пресвятой Богородицы в Новой крепости (Спасский остров древнерусского периода), на ее фортштадте находились довольно большая деревянная церковь и кладбище при ней — на восточной окраине города (ныне здесь располагается Приозерская средняя школа № 4). Фундамент этого храма был обнаружен финскими исследователями во главе с директором лицея Кякисалми, историком Антти Комоненом осенью 1929 г. и ошибочно принят за одно из сооружений древнего Георгиевского девичьего монастыря 225. Вторично это место обследовали российские археологи летом 1973 г. Руководитель раскопок А. Н. Кирпичников уверенно интерпретировал постройку как церковь XVIII в., так как обнаружил два потревоженных каменных склепа “с человеческими костями в сопровождении находок XVIII—XIX вв.” 226.
Другой современный исследователь, историк и искусствовед М. И. Мильчик, изучая по хранящимся в различных архивах фиксационным планам градостроительную историю Приозерска, сделал вывод о том, что к 1740 г. в Кексгольме, в так называемой Солдатской (Разночинной) слободе, что на Нейшлотской дороге (видимо, в географическом центре северного форштадта), “находился квартал с деревянными шведской кирхой и православной церковью, ставший новым религиозным и архитектурно-планировочным центром пригорода” 227. На плане 1780-х гг. тот же исследователь отмечает два новых храма. “На главной продольной улице, — пишет он, — появилась полковая деревянная церковь. По одну сторону от нее находилась канцелярия Архангелогородского полка, по другую — Присутственные места, в которых расположился новый военно-административный центр форштадта. Западнее него, через два квартала на небольшом холме, стояла церковь (в конце XVIII в. заменена часовней), вокруг которой образовалась площадь с "политическим домом" и лавками. Это второй гражданский центр” 228. Речь идет о нынешней центральной площади города, которая начиная с середины XIX в. называлась Соборной.
К сожалению, пока не удалось выяснить, каким именно святым или церковным праздникам были посвящены алтари и приделы трех вышеупомянутых храмов. Не исключено, что два из них построены были еще до упразднения Кексгольмской и Ладожской епархии, между 1740 и 1764 гг., а третий, как уже говорилось, возвели до 1740 г.
Близ городской пристани при впадении реки Вуоксы в Ладожское озеро, на месте древнего Иоанно-Предтеченского монастыря, разоренного в свое время шведами, в 1740 г. обыватели Кексгольма возвели еще одну часовню. Поначалу в ней находился только большой сосновый крест, изготовленный на Валааме. Однако незадолго до возобновления новгородского вика-риатства, в 1757 г., часовня украсилась четырьмя образами, созданными иконописцами на том же Валааме. Самый почитаемый из этих образов — Похвалы Пресвятой Богородицы — впоследствии прославился чудесным избавлением Кексгольма от эпидемии холеры в 1831 г. 229 (Ныне он, как и большинство других икон и богослужебной утвари прихода, находится в г. Куопио, в музее Православной Церкви Финляндии 230. Высококачественную копию этой местночтимой иконы уроженка Кякисалми, магистр гуманитарных наук Паула Кохо подарила несколько лет назад Рождество-Богородичному собору, где образ находится ныне под стеклом в самом углу на северном клиросе.)
Но, конечно, начиная с 1710 г. православная жизнь Кексгольма во многом отличалась от того периода, когда город еще назывался Корелой и по праву считался религиозным центром северо-западного порубежья Руси. Своеобразие придавало непосредственное соседство инославного прихода с его уже устоявшимися за столетие традициями. В отличие от ряда других населенных пунктов Старой Финляндии, имевших одновременно и православные храмы, и лютеранские кирхи, в Кексгольме не наблюдалось враждебности между двумя приходами: более того, их взаимоотношения довольно скоро стали показательно миролюбивыми и добрососедскими. Пожалуй, чувствовалась в этом и близость столичного Санкт-Петербурга с его изначально гармонически-цивилизованным устроением многоконфессиональной жизни.
Немаловажное значение имели также мудрость и нравственное влияние настоятелей обоих кексгольмских приходов. Назовем здесь имена лютеранских пробстов и пасторов, деятельность которых приходится на период существования Корельского (Кексгольмского) викариатства:
1653—1688 гг. — Хенрик Бойсман;
1689—1710 гг. — Йохан Серлакиус, — известно, что он оставил все свои книги и иное имущество в городе, преданном огню русскими войсками;
1710—1720 гг. — Йоханнес Урсиниус — первый официально утвержденный лютеранский священник российского периода;
1721—1735 гг. — Андреас Страндман;
1735—1765 гг. — вышеупомянутый Андреас Вирениус, при котором в 1759 г. была построена деревянная кирха (сожженная в августе 1941 г.), с 1735 г. он начал вести метрические книги; у него в 1740-х гг. был помощник — пастор Якоб Пасселберг.
В заключение следует сказать, что вплоть до 1735 г. Кексгольмский лютеранский приход включал и жителей Ряйсяля (ныне Мельникове), Каукола (Севастьянове) и Пюхяярви (Отрадное)...
Возвращаясь же к обозрению истории новгородского викариатства, отметим, что все четыре епископа, носившие титул Кексгольмских и Ладожских, оставили заметный след в жизни Русской Церкви второй половины XVIII в. и в этом смысле явились достойными продолжателями первого корельского владыки — Сильвестра. Служили они все под началом архиепископа (с 1762 г. — митрополита) Димитрия (Сеченова; 1709—1767), известного ревнителя духовного просвещения, правившего в Новгороде с 1757 г. до своей кончины. Он был постоянным советником Екатерины II в церковных делах и, как член Св. Синода, часто отлучался в С.-Петербург. Потому и окружал себя достойными архимандритами и викарными епископами, которым мог доверить епархию в свое отсутствие. 231

Епископ Иоасаф (Хотунцевский; 1758—1759)
Преосвященный Иоасаф (Хотунцевский или Хотунцевич) был родом малороссиянин и образование получил в Киевской Духовной академии. По ее окончании принял постриг и вскоре, в 1739 г., в сане иеродиакона, был перемещен в Московскую Славяно-греко-латинскую академию проповедником. С 1741 г., став иеромонахом, исправлял должность экзаменатора Крутицкой епархии. Известно опубликованное в Москве в 1742 г. “Слово вдень Вознесения Господня”, говоренное им 27 мая того же года 232.
Но главное дело жизни о. Иоасафа было связано с его миссионерской экспедицией на Камчатку. Она была отправлена Св. Синодом на 7 лет в конце 1742 г. Иоасафа, назначенного ее начальником, посвятили в архимандриты. Кроме него в состав миссии входили два иеромонаха, два иеродиакона и несколько студентов Академии 233.
Отец Иоасаф написал катехизис под названием “Сила Божественного учения, вкратце начертанная”. Он лично окрестил 1719 туземцев, а всего за 5 лет это таинство приняли до 5 тысяч камчадалов. Студенты обучали детей русской грамоте и Закону Божию. Были возведены новые церкви и открылись три школы, где преподавалось даже рисование (в 1748 г. число учеников доходило до 200 человек) 234.
В этот период (с 1746 по 1753 год) пустовала Иркутская и Нерчинская кафедра, и 7 июня 1748 г. отец Иоасаф был вызван в Петербург для хиротонии, которая, вероятно из-за его болезни, тогда не состоялась. 18 февраля 1754 г. он назначается ректором и наставником богословия Московской Славяно-греко-латинской академии и архимандритом Заиконоспасского монастыря, откуда 12 мая 1757 г. был перемещен в Московский же Высокопетровскии монастырь 235.
Уже на последнем месте служения о. Иоасаф “пользовался некоторыми епископскими преимуществами” 236. 17 апреля 1758 г. он был пожалован, а 24 мая хиротонисан во епископа Кексгольм-ского и Ладожского; через 6 дней вступил в управление и Новгородским Юрьевым монастырем. За отсутствием документальных подтверждений трудно сказать, ездил ли он обозревать приходы подведомственной ему Приладожской Карелии. Через год, 29 апреля 1759 г., он уже почил о Господе и был погребен в паперти соборного храма Юрьева монастыря, на правой стороне 237. Отметим, что иеромонах Амвросий (Орнатский) приводит другую дату кончины преосвященного Иоасафа — 6 июня 1758 г., но И. А. Чистович отрицает ее достоверность 238.

Епископ Парфений (Сопковский; 1759—1761)
Следующий кексгольмский архиерей также был малороссиянин и в свое время обучался в Киевской Духовной академии. Родился он в 1716 г., в миру его звали Павлом Сопковским (или Собковским).
В 1744 г. его вызвал в Новгород архиепископ Амвросий (Юшкевич), и он состоял на службе в Духовной семинарии: сначала “учителем синтаксимы”, затем — риторики. В 1750 г. отец Парфений был назначен префектом семинарии. 18 февраля 1756 г. его произвели в архимандриты Новгородского Антониева монастыря и утвердили в должности ректора семинарии. Не оставляя этого поста, он 23 апреля 1758 г. был перемещен в Варлаамо-Хутынский монастырь.
Епископом Кексгольмским и Ладожским Парфений был определен Синодальным указом от 1 октября 1759 г., хиротония состоялась 6 ноября 239. Не прошло и полутора лет, и 7 марта 1761 г. преосвященный Парфений, “яко весьма к тому способный и достойный”, получил самостоятельную Смоленскую и Дорогобужскую кафедру, которой управлял до самой своей кончины, последовавшей ровно через 34 года — 7 марта 1795 г.
Епископ Парфений состоял членом Св. Синода и был известен своей благотворительностью: он содержал в училищах многих сирот, некоторые из которых позже становились его стипендиатами, обучаясь в Московской академии. Его перу принадлежат ряд проповедей и классическое богословское сочинение, написанное им в соавторстве со знаменитым архиепископом Георгием (Конисским): “О должностях пресвитеров приходских” (СПб., 1776). Этот труд выдержал несколько переизданий начиная уже с 1777 г. и был введен в С.-Петербургской Духовной академии в качестве учебного пособия 240, а в середине XIX в. даже переведен на английский язык 241.

Святитель Тихон (Соколов; 1761—1763)
Нет ничего удивительного в том, что жизненный путь Святителя Тихона Задонского, как никакого другого иерарха, занимавшего в свое время кафедру епископа Кексгольмского и Ладожского, изучен глубоко и всесторонне. Но это больше относится к Воронежскому, а не к предыдущему, Новгородскому, периоду его архиерейства. Поэтому стоит остановиться подробнее на годах его служения в качестве викарного епископа в Новгороде и С.-Петербурге, а также сказать несколько слов и о предшествующем этапе учительства в Твери. К счастью, разные жития Святителя, выходившие в свет в связи с его канонизацией в 1861 г., и дошедшие до нас более ранние воспоминания о нем сохранили для потомства драгоценные подробности его жизни при вступлении на церковное поприще, которые особенно выделяются на фоне немногословных послужных списков других кексгольмских архипастырей, дающих лишь скупые перечни дат и событий.
Знаменитый иерарх и крупнейший духовный писатель XVIII в. родился в 1724 г. в селе Короцке Валдайского уезда Новгородской епархии в семье бедного дьячка. В миру его звали Тимофеем Савельевичем Кирилловым. При поступлении в Духовное училище, по обычаю того времени, фамилию изменили: он стал подписываться Соколовским или Соколовым. Рано лишившись отца, Тимофей с детства познал нужду, голод, изнуряющий труд ради куска хлеба.
Благодаря старшему брату Петру, служившему дьячком в Новгороде и взявшему Тимофея на свое иждивение, 11 декабря 1738 г. тот был записан в училище, а через два года принят в новоустроенную Духовную семинарию, как один из лучших учеников, на казенный счет 242. Еще студентом он с 1750 г. преподавал в семинарии греческий язык, а по ее окончании в 1754 г. — также и риторику. 10 апреля 1758 г. принял постриг в Новгородском Антониевом монастыре и чуть позже был последовательно рукоположен во иеродиакона и иеромонаха. С 27 августа того же года о. Тихон преподавал в семинарии философию, а 18 января 1759 г. его назначили там префектом. Во время учения и преподавательской службы у молодого монаха бывали Фаворские видения: разверзались небеса, и сияние было такой силы, что “бренным языком сказать и умом понять невозможно” 243.
Через полгода епископ Тверской Афанасий (Вольховский) “выпросил” о. Тихона у преосвященного Димитрия (Сеченова) в свою епархию, и 26 августа 1759 г. вышел соответствующий Синодальный указ. В Твери о. Тихон был определен в архимандриты сначала Жёлтикова, затем Отроча монастыря и назначен ректором и учителем богословия Духовной семинарии, а также присутствующим в Духовной консистории.
Сан епископа Тихон получил довольно рано — на 37-м году своей жизни. Его хиротония сопровождалась чудесными знамениями. В день Святой Пасхи 1761 г. в С.-Петербурге архиепископ Димитрий (Сеченов) и епископ Парфений (Сопковский) тянули жребий, чтобы избрать викария в Новгород. К именам семи кандидатов преосвященный Парфений просил приписать имя тверского ректора о. Тихона. “"Он молод", — сказал Димитрий, — впрочем, велел написать. Три раза метали жребий, и всякий раз выпадал жребий Тихона. "Верно, Богу так угодно, чтобы он был епископ, — сказал Димитрий, — не туда я мыслил его назначить"” 244. И в тот же Пасхальный день, во время Херувимской песни, епископ Афанасий (Вольховский), стоя у жертвенника и вынимая частицы о здравии, нечаянно оговорился и на возглас о. Тихона: “Помяни, Владыко Святый” — ответил: “...епископство твое да помянет Господь Бог во Царствии Своем”. “Заметив свою ошибку, преосвященный Афанасий улыбнулся и сказал: "Дай Бог быть Вам епископом"” 245.
Вскоре Тихона вызывают в столицу, и 13 мая (по другим данным —17 апреля) 1761 г. в Петропавловском соборе состоялась его хиротония во епископа Кексгольмского и Ладожского 246. Новгородцы торжественно встречали своего земляка, которого помнили еще бедным мальчиком в стоптанных лаптях. Преосвященный Тихон “с кротостью и любовью” принимал прежних товарищей, некогда смеявшихся над ним, и особенно — свою старшую сестру, вместе с которой в прошлом много бедствовал (она умерла через месяц по приезде брата) 247.
В августе 1762 г. епископ Тихон переселяется в С.-Петербург, поближе к своей епархии. Дело в том, что Св. Синод отправился в Москву по случаю коронации Екатерины II и преосвященному Тихону временно было поручено заведование Синодальной конторой. В северной столице и поныне хранится память о пребывании будущего Святителя Задонского. Так, 15 сентября 1762 г. он освятил первый придел Святых мучеников Кира и Иоанна в Благовещенской церкви на Васильевском острове (после 1936 г. в ней размещался склад, но с 1992 г. возобновились службы) 248.
3 февраля 1763 г., по кончине епископа Воронежского и Елецкого Иоанникия (Павлуцкого), Тихон назначен был его преемником. В течение 4 лет 7 месяцев он вел самую деятельную борьбу по оздоровлению церковноприходской и монашеской жизни Воронежской епархии: много внимания уделял проповедничеству, благотворительности, исправлению нравственных недостатков духовенства. “Но тут, — отмечает церковный историк А. В. Карташёв, — среди епархиальной суеты, он почувствовал неодолимое влечение к монастырской тишине, о которой всю жизнь тосковала душа его” 249. Прошение преосвященного Тихона об увольнении на покой 17 декабря 1767 г. было уважено.
Он удалился в заштатную Толшевскую Спасо-Преображенскую обитель, но через год переселился в Задонский Богородицкий монастырь. И эти 16 лет подвижнической жизни явили верующей России благодатного старца и большого писателя, в сочинениях которого слышался, по словам протоиерея Георгия Флоровского, “апостольский отклик на безумие вольнодумного века” 250.
13 августа 1783 г. Святитель почил о Господе. В 1861 г. были торжественно открыты его мощи. Не удивительно, что творения его, носящие печать живого Богопознания, были одними из первых, в полном объеме востребованными современным читателем: уже в 1994 г. Псково-Печерским монастырем был переиздан капитальный пятитомник, выпущенный в свет в 1889 г.

Епископ Иннокентий (Нечаев; 28 февраля — 28 мая 1763 г.)
Последним архиереем, облеченным в свое время саном епископа Кексгольмского и Ладожского, был Иннокентий (Нечаев) — впоследствии также видный церковный деятель Екатерининского века.
Родился он в 1722 г., его отец был крепостным человеком знатных дворян Нарышкиных. По-видимому, рано проявились способности мальчика к наукам. Его определили в Московскую Славяно-греко-латинскую академию, наставники которой впоследствии не захотели расставаться с Нечаевым, и подающий хорошие надежды выпускник был оставлен учителем риторики, а позже получил должность профессора философии. В 1758 г. он принимает монашеский постриг и назначается сначала проповедником Академии, а вскоре, в августе 1759 г., и ее префектом.
Через два года, 8 августа 1761 г., выходит Синодальный указ о производстве иеромонаха Иннокентия в архимандриты Новгородского Антониева монастыря и ректоры тамошней Духовной семинарии. Перед ним открывается прекрасная перспектива служебного роста. Но о. Иннокентий от всего отказывается, ссылаясь на болезнь. Его прошение было уважено, и он поселился в Троице-Сергиевой Лавре, которую, однако, буквально через месяц, 17 сентября, и возглавил, став в ней наместником 251.
23 февраля 1763 г. архимандрит Иннокентий был определен епископом Кексгольмским и Ладожским, хиротония состоялась 6 апреля 252. Он, так же как и два предыдущих новгородских викария, получил в управление Варлаамо-Хутынский монастырь. Впрочем, уже тогда на преосвященного Иннокентия как на одного из образованнейших людей своего времени обратила внимание Екатерина II и привлекла его к своей законотворческой деятельности. Поэтому он вынужден был жить больше в С.-Петербурге, чем в тех городах, где находились его епископские кафедры.
Кексгольмский период жизни епископа Иннокентия был чрезвычайно краток: он служил в Новгороде всего три с половиной месяца. Несмотря на то, что в его непосредственные обязанности входило духовное окормление паствы Карельского перешейка, едва ли он мог побывать в своей епархии с тем, чтобы хотя бы ознакомиться с условиями церковно-общественной жизни подведомственного ему края.
В том же 1863 г., 28 (или 18-го) мая, он получает уже самостоятельную, Тверскую и Кашинскую кафедру 253. Однако, возможно, преосвященный Иннокентий “в глаза не видел” Тверь, так как через 5 месяцев, 4 или 29 октября, был уже епископом Псковским и Рижским 254. Дело в том, что внезапно, на 37-м году жизни, скончался его предшественник на этой кафедре, епископ Гедеон (Криновский). Поговаривали, будто бы сбылось зловещее предсказание опального митрополита Арсения (Мацеевича), в суде над которым участвовал псковский владыка. Арсений предсказал, что тот не увидит больше своей епархии. Так и случилось: преосвященный Гедеон выехал из С.-Петербурга и, не доехав до Пскова, умер в дороге, в загородном Пантелеимоновском монастыре. (Другой судия, бывший епархиальный начальник Иннокентия, митрополит Великоновгородский Димитрий (Сеченов), вскоре, по слову Арсения, “был задушен собственным своим языком” — скончался от апоплексического удара.) 255...
В Пскове преосвященный Иннокентий святительствовал 35 лет, там 22 сентября 1770 г. получил сан архиепископа. Однако жил, как уже говорилось, по большей части в столице. В день открытия Российской Академии, 21 октября 1783 г., преосвященный Иннокентий был провозглашен почетным ее членом. Обладая основательным филологическим образованием, он принимал деятельное участие в составлении первой части знаменитого “Словаря Академии Российской” (СПб., 1789).
Высокую оценку его разносторонним познаниям и светлому уму дала сама императрица в своем сочинении “Antidote” ([СПб.], 1770), направленном против клеветы французского аббата Ж. Шаппа д' Отроша на русское духовенство в его книге “Voyage en Siberie”, вышедшей в 1768 г. Екатерина указала на Иннокентия, а также на архиепископов Гавриила (Петрова) и Платона (Лёвшина) — просвещеннейших архипастырей своего царствования — как на очевидное свидетельство несправедливости возводимых на духовенство обвинений.
Именно этим трем церковным деятелям дала Екатерина II свой известный “Наказ” (СПб., 1767) для отзыва. И надо сказать, ни один из них не побоялся монаршего гнева, а все трое честно и прямо указали, в чём прекраснодушные заявления императрицы о свободе религиозных мнений и абстрактной веротерпимости расходятся с привычными церковными понятиями. Преосвященный Иннокентий, пользовавшийся большим доверием Екатерины, пересматривал также и важное для Церкви “Положение о духовных учебных заведениях”.
Широкую известность приобрели его сочинения “Чин исповедания отроком” (М., 1769; 2-е изд.: 1795) и “Наставление от архипастыря священнику при отправлении его к должности” (СПб., 1790; 3-е изд.: 1814), а также переведенное с латинского языка произведение “Приготовление к смерти” (СПб., 1793). Проповеди Иннокентия считались в свое время образцовыми: трижды переиздавался том “поучений”, некоторые церковные “слова” выходили отдельными брошюрами, были напечатаны в составе выпущенного Св. Синодом для церквей “Собрания воскресных и праздничных поучений” (СПб., 1775) 256. Многое осталось в рукописи.
9 октября 1798 г. архиепископ Иннокентий “за старостию и болезнями” был уволен на покой и проживал в С.-Петербурге на Псковском подворье. Вероятно, в связи с тем, что новый император Павел I, как и его мать, благоволил владыке, за преосвященным Иннокентием было оставлено всё его огромное жалованье — 6959 рублей — в качестве пенсии. Но через три месяца, 12 (по другим данным — 24-го) января 1799 г., он почил о Господе 257.
По непонятной причине один из тех, благодаря кому царствование Екатерины II стали называть “блестящим”, был похоронен без надгробных речей. Эту несправедливость поправил Г. Р. Державин, увековечив память Иннокентия в чеканных строках своей эпитафии:

      Вития о тебе не возгласил похвал:
      Глас красноречия для праведника мал 258.

Стихи эти были выбиты на мраморной плите, находящейся в стене над гробом почившего в усыпальнице Благовещенской церкви Александро-Невской Лавры. Недалеко от его могилы располагаются захоронения девяти представителей рода Нарышкиных — его бывших господ и их родственников, в том числе — любимой сестры Петра I, царевны Натальи Алексеевны.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Следующий викарий был назначен в Новгородскую митрополию через год — 15 июля 1764 г. Но его титул был переиначен: владыка теперь именовался епископом Олонецким и Каргопольским. Еще через 23 года взамен этого викариатства было учреждено новое — Старорусское...
Одни церкви, принадлежавшие к древним карельским приходам, в 1764 г. перешли в ведение Олонецкого викариатства, другие, в том числе кексгольмские, — были подчинены С.-Петербургскому епархиальному управлению.
Впрочем, в 1828 г. в Петрозаводской Карелии была образована особая самостоятельная Олонецкая архиепископия с кафедрой в Петрозаводске. С 1911 г. при ней существовало и Каргопольское викариатство. (В связи с этим в церковной периодике последних лет история епархиального устроения приходской жизни карел нередко упрощается и за точку отсчета берется 1828 год 259. При этом забывается о епископии, название которой — Карельская, или Кексголъмская, — говорит само за себя.)
И только столетие тому назад, 24 октября 1892 г., юго-восточная часть Финляндии, или, иначе, территория древней Приладожской Карелии, вновь обрела себя в церковно-административном отношении как единое целое, не поделенное между С.-Петербургом, Новгородом или Олонцем и имеющее свою собственную архиерейскую власть. С учреждения самостоятельной Финляндской и Выборгской епархии начинается новый расцвет православия в этом крае. Способствовали ему и такие ее первые владыки, как Антоний (Вадковский) и Сергий (Страгородский), — являющиеся, без сомнения, центральными фигурами в истории Русской Церкви конца XIX — первой половины XX века.
Интересно, что современники оценивали образование самостоятельной архиерейской кафедры в Выборге в 1892 г. как возобновление древней Корельской (Кексгольмской) епархии XVI—XVIII вв. “Так, в настоящее время, — писал один кексгольмский учитель в газетной статье 1916 г., — мы, русские люди в Финляндии, с глубоким чувством удовлетворения взираем на "восставшую из-под пепла" Корельскую епископию; хотя кафедра епископа, в силу тяготения центра тяжести, из Корелы перенесена в другой город, но от этого сущность дела не изменяется и остается все тою же, какою была и несколько веков тому назад; но город Корела очень много говорит верующему православному русскому сердцу...” 260.


220. См.: Петров Л. П., прот. Указ. соч. — С. 39, примеч. 91. Назад
221. Там же. — С. 39, 262. Назад
222. Там же. — С. 40-41. Назад
223. Карела (Кексгольм) // Карельские известия. — 1916. — № 32 (1 нояб.). — С. 4. — Подпись: Старый учитель (К. М.). Назад
224. См.: Из истории Православной Церкви в Финляндии в конце XVIII-го и в начале XIX-го века: (По архивным данным) // Финляндская газета. — 1907. — 10 июня (№ 85). — С. 2; 19 июня (№ 89). — С. 2. — Без подписи. Назад
225. Komonen A. Muutama sana Käkisalmessa olleista kreikkalaistatolisista luostareista // Aamun Koitto. — 1933. — № 19. — S. 152—154; см. также: Шаскольский И. П. Памятники русской архитектуры XIV—XVI вв. в городе Кореле // Культура и искусство Древней Руси: Сб. ст. в честь проф. М. К. Каргера. — Л.: Изд-во ДОЛГУ, 1967. — С. 127—130. Назад
226. Кирпичников А. Н. Отчет о раскопках в г. Приозерске Ленинградской области в 1973 г. / Ленингр. отд-ние Ин-та археологии АН СССР. —Л., 1974 // Музей “Крепость Корела”. — Науч.-вспомогат. фонд. — № 1302. — Л. 6. — (Машинопись). Назад
227. Мильчик М. И. Основные этапы градостроительной истории Приозерска (Корелы-Кексгольма) // Архитектурное наследие и реставрация: Реставрация памятников истории и культуры России / Рос. респ. специализ. науч.-реставрац. об-ние “Росреставрация”. — М., 1990. — С. 86. Назад
228. Там же. — С. 86—87. Назад
229. См.: Ильтонов В. Я., свящ. Рождественский собор в Кексгольме // Историко-статистические сведения о С.-Петербургской епархии. — Вып. IV. — С. 99, 101—102. Назад
230. Koho P. Op. cit. — 8. 9. Назад
231. См.: Здравомыслов К. Я. Димитрий (в миру — Даниил Андреевич Сеченов), митрополит Великоновгородский и Великолуцкий // Русский биографический словарь. — СПб., 1906. — [Т. 6]: Дабелов — Дядьковский. — С. 394—395. — Подпись: Здр. Назад
232. См.: Попов Н. А. Придворные проповеди в царствование Елисаветы Петровны // Летопись русской литературы и древности. — М., 1859. — Т. II, кн. 3, отд. III.— С. 17. Назад
233. См.: Инструкция архимандриту Хотунцевскому; Выезд архимандрита Хотунцевского из Москвы // Прибавления к Иркутским епархиальным ведомостям. — 1868. — № 50 (14 дек.). — С. 582—586; № 51 (21 дек.). — С. 589—593. — Без подписи. Назад
234. См.: Филарет (Гумилевский), архиеп. История Русской Церкви. — 4-е изд. — Чернигов, 1862. — Период V: Синодальное управление (1721—1826 гг.). — С. 27—28; Громов П. В., прот. Назначение в Камчатку духовной миссии в 1742 году // Прибавления к Иркутским епархиальным ведомостям. — 1874. — №30,32,41,43,49; 1875. — № 1,2,7,8, 10, 15,21,24—26,40—42,44. Назад
235. См.: Смирнов С. К., прот. История Московской Славяно-греко-латинской академии. — М., 1855. — С. 261. Назад
236. Никольский А. И. Иоасаф (Хотунцевский или Хотунцевич), епископ Кексгольмский и Ладожский // Русский биографический словарь. — [Т. 8]: Ибак — Ключарёв. — С. 293. — Подпись: А. Н. Назад
237. Макарий (Миролюбив), архим. Указ. соч. — С. 98. Назад
238. См.: Амвросий (Орнатский), иером. Указ. соч. — Ч. I. — С. 86; Толстой Ю. В. Указ. соч. — С. 14; ср.: Чистович И. А. История Православной Церкви...— С. 81. Назад
239. Рункевич С. Г. Кексгольмские архиереи // Православная богословская энциклопедия. — СПб., 1908. — Т. IX. — Стб. 373. — (Общедоступ. богосл. б-ка; Вып. XXI). Назад
240. См.: Здравамыслов К. Я. Парфений (в мире Павел Сопковский), епископ Смоленский и Дорогобужский // Русский биографический словарь. — СПб., 1902. — [Т. 13]: Павел, преподобный — Петр (Илейка). — С. 329. — Подпись: Здр. Назад
241. Бегунов Ю. К. Конисский Григорий (Георгий) Осипович // Словарь русских писателей XVIII века / Рос. АН. ИРЛИ. — СПб.: Наука, 1999. — Вып. 2. — С. 120. Назад
242. См.: Лебедев А. А., прот. Святитель Тихон Задонский и всея России чудотворец: (Его жизнь, писания и прославление). — 3-е изд. — СПб., 1896. — С. 7—11. Назад
243. Жизнь почившего в Задонске Тихона, епископа Воронежского и Елецкого. — СПб., 1861. — С. 19. — Без указания автора-составителя. Назад
244. Там же. — С. 24. Назад
245. Там же. Назад
246. Амвросий (Орнатский), играм. Указ. соч. — Ч. I. — С. 87; ср.: Строев П. М. Указ. соч. — Стб. 39, и др. Назад
247. См.: [Михайловский В. Я., прот.] Житие Св. Тихона Задонского и Преподобного Трифона. — 4-е изд. — М., 1899. — С. 11—12. — Без указания автора-составителя. Назад
248. См.: Антонов В. В., Кобак А. В. Святыни Санкт-Петербурга: Ист.-церк. энциклопедия: В 3 т. — СПб.: Изд-во Чернышёва, 1994. — Т. I. — С. 145. Назад
249. Карташёв А. В. Очерки по истории Русской Церкви: [В 2 т.]. — Париж: YMCA-Press, 1959. — Т. 2. — С. 500. Назад
250. Флоровский Г. В., прот. Пути русского богословия. — 3-е изд. — Paris: YMCA-Press, 1983. — С. 124. Назад
251. См.: Летопись наместников, келарей, казначеев, ризничих, экономов и библиотекарей Свято-Троицкой Сергиевой Лавры // Летопись занятий Археографической комиссии. — СПб., 1868. — Вып. IV: 1865—1866. — Отд. П. _ С. 65—66 (паг. 3-я). Назад
252. См.: Амвросий (Орнатский), иером. Указ. соч. — Ч. I. — С. 87; Чистович И. А. История Православной Церкви... — С. 83. Назад
253. См.: Петров Л. П., прот. Указ. соч. — С. 49; ср.: Амвросий (Орнатский), иером. Указ. соч. — Ч. I. — С. 87; Строев П. М. Указ. соч. — Стб. 39. Назад
254. См.: Толстой Ю. В. Указ. соч. — С. 15; ср.: Русский биографический словарь. — [Т. 8]: Ибак — Ключарёв. — С. 118. Назад
255. См. об этом: Знаменский П. В. Чтения из истории Русской Церкви за время царствования Екатерины II // Православный собеседник. — 1873. — Ч. I, февр. — С. 121; Март. — С. 240—241; Апрель. — С. 402. Назад
256. См.: Евгений (Болховитинов), митроп. Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина Греко-Российской Церкви. — М.: “Русский двор”; Св.-Троицкая Сергиева Лавра, 1995. — С. 117. Назад
257. См.: Русский биографический словарь. — [Т. 8]: Ибак — Ключарёв. — С. 118; ср.: Евгений (Болховитинов), митроп. Указ. соч. — С. 117. Назад
258. Цит. по: Здравомыслов К. Я. Иннокентий (Нечаев) — архиепископ Псковский и Рижский // Православная богословская энциклопедия. — СПб., 1904. — Т. V. — Стб. 953. Назад
259. См., например: Выгин М., Басова Н. В день карельских святых: 14 ноября Карельская епархия отметила 170-летие // Вера. — [Сыктывкар], 1998. — № 323. — С. 498. Назад
260. Карела (Кексгольм) // Карельские известия. — 1916. — № 34 (15 нояб.). С. 5. — Подпись: Старый учитель (К. М.) Назад



Часть 1 2 3


наверх
Настольный принтер этикеток argox. . Картриджи к laserjet p1005 купить картридж для принтера. . Самая актуальная информация адвокаты по уголовным делам на нашем сайте.